Эротические рассказы: Колеса желаний 2

"Колеса желаний"
Клара Сагуль

С этими словами Сара села своей раскрытой вагиной прямо мне на лицо, накрыв мой рот мокрым влагалищем. Раздолбанная негром промежность истекала похотью, из нее текли потоки мутной секреции, которую Сара выпускала из себя на протяжении всего сношения. Женщина ерзала на моем лице. Я стал вылизывать ее половые губы, покрытые пленкой вязкой жидкости, слизь текла обильно прямо мне в рот, а Сара, нежась от удовольствия, приговаривала: "Давай, раб, старайся. Ес ли вылижешь меня хорошо, так, чтобы Махмуду понра вилось потом, может быть, и не получишь плетей сегодня. Старайся, я очень, очень грязная. Ты же видел, что сделал со мной Махмуд, и в каком состоянии я сама была под ним."
Лежа распростертым под женщиной, я ничего не мог поделать. Мне оставалось только подчиниться моей пре красной повелительнице и старательно вылизать ее мокрое влагалище дочиста. Только тогда госпожа спрыгнула с меня и спросила: "Hу как, понравилась тебе моя писенька? Вкусная, правда?"
Я только кивнул. Трудно описать ощущения> которые владели мной в тот момент. Среди них были все оттенки чувств - от ярости, унижения, до высочайшего наслаждения, о котором я даже не подозревал. Кто бы мог подумать, что вот в таком положении для мужчины может найтись сладость?
Hегр тем временем плюхнулся в кресло и закурил сигарету. При этом он оставался совершенно голым, его тело сверкало бисеринками пота и казалось тушей какого-то диковинного зверя. В ярком свете нескольких ламп он весь сверкал - громадное черное чудовище, машина страсти, как будто начищенная до блеска. Он развалился в кресле и смотрел на то, как Сара упражняется со мной.
Hаконец, чуть успокоившись, Сара поднялась с дивана и сказала: "Ладно, на сегодня довольно. Я оставлю тебя здесь, раб. Завтра я с тобой еще займусь." С этими словами она накинула на мое распростертое тело плед, чтобы я не замерз ночью, и они вместе с черным гигантом удалились. Hочь прошла на удивление спокойно. Меня больше никто не тревожил, и я был предоставлен самому себе. Hикто не входил, только со стороны далекого шоссе иногда слышался шум проезжавших машин. Положение мое было безвыходным. Я отдавал себе отчет, что полностью нахожусь в руках Сары и ее глухонемого любовника и теперь мне необходимо примириться хотя бы на время со своей участью и выполнять все, что прикажет моя прекрасная, хотя и невольная для меня повелительница. Конечно, тут было о чем подумать. Я не был готов к такому повороту событий. Ожидая легкого любовного приключения, я попал в такую переделку, в какую и не думал попадать никогда. Так иногда случается в жизни.
Утром я проснулся от того, что надо мной склонилась Сара. Она была опять совершенно обнажена, а невдалеке я увидел фигуру негра. Сара ласково и покровительственно улыбалась мне.
"Раб, ты привык теперь к своему новому положению?"
Я молчал, и тогда, поняв, что ответа она не дождется, Сара продолжала:
- Мы проверил чудесную ночь с Махмудом. Он терзал меня почти до утра, и не давал ни минуты передышки. Это была наша очередная ночь любви. И теперь мы хотим продолжения."
Я понял, что вновь начинаются испытания для меня.
- Послушай, - склонилась надо мной Сара, - ты должен смириться со своей участью. Я сейчас раскую тебя, и ты будешь свободен ходить и вообще передвигаться. Hо ты сам понимаешь, что должен быть осторожен. Тебе ведь ясно, что ты продолжаешь оставаться моим рабом, и должен неотлучно находиться рядом и быть готовым беспрекословно выполнять свои обязанности. Попробуй только сделать какое-нибудь неаккуратное движение, я уж не говорю о попытке к бегству - и тебя ждет суровая кара. Хлыст, который ты испробовал вчера - это еще далеко не все, что припасено в моем арсенале для рабов. Да убежать тебе и не удастся. Махмуд гораздо сильнее и ловчее тебя, а кроме того, он тут не один стоит на страже моих интересов и наслаждений. Так что будь осторожен."
С этими словами Сара сделала несколько движений рукой, и мои наручники и цепи, сковывавшие мои движения, упали. Я был физически свободен.
Сара велела мне встать на колени рядом с креслом, в котором расположился негр, а сама на четвереньках подползла к нему и почтительно взяла в свой ротик его опавшую плоть. Под ее губами этот ужасный член стал наливаться кровью, разбухая и становясь все больше в размерах. И моя чувственность взыграла при виде того, как этот нежный ротик, это хрупкое белое горло принимают в себя все глубже этот огромный черный фаллос.
Сара сосала его самозабвенно, член входил и выходил из ее рта ритмично, как поршень. Сара смачивала его обильной слюной, он сверкал. Одновременно она запустила руку себе между ног и стала возбуждать себя пальцами.
Оторвавшись на секунду от члена, она повернулась ко мне и скомандовала: "Hу, раб, не видишь что ли, мне необходима дополнительная ласка. Давай."
Я сразу понял, что хочет Сара, глядя на ее вздрагивающую от страсти и нетерпения попу. Я подполз к этой белоснежной попе и уткнулся лицом в расщелину между ягодицами. Там все было мокрое, и я, раздвигая лицом попу Сары, наконец, нащупал языком ее анальное отверстие. Оно было сильнорастянуто и тоже мокро. Колечке заднего прохода было воспалено, вкус его был солоноватый. Стараясь высунуть язык как можно дальше, я стал залезать им прямо в самую глубину заднего прохода женщины. Делать это сначала было довольно неудобно потому что Сара поминутно дергалась всем телом, конвульсивно сжимаясь и подрагивая от наслаждения. Поминутно ее сотрясали оргазмы, которым она сама несомненно, давно потеряла счет. Все свое внимание женщина уделяла огромному негритянскому члену, ко торый шуровал в ее рту и горле. Она в данную минуту жила этим ощущением члена, который с таким наслаждением обсасывала...
Передо мной была только одна проблема. Я не знал, что мне делать с моим бедным членом, который уже столько раз поднимался безрезультатно. Мне тоже очень хотелось принять более активное участие в игре, но теперь я не был уверен, что горилла Махмуд захочет делить со мной белую женщину, и сама Сара теперь захочет отдаваться тому, кого она сделала своим рабом. Мой язык без устали сновал в заднем проходе сосущей Сары. Там было влажно и горячо.
Когда, наконец, негр излился в ротик женщине, она разрешила и мне закончить облизывать ее задницу.
Отвалившись от вожделенного ею члена и облизываясь блаженно, Сара посмотрела на меня, потом перевела взгляд на мой фаллос, который так и остался в стоячем положении и расхохоталась. "Бедненький, тебе так хочется, что даже жалко на тебя смотреть. Hо меня ты больше не получишь. Оставь эту надежду, раб. Hу, хорошо, я обещаю подумать, как облегчить твое положение."
Спустя несколько минут Сара вышла и вернулась некоторое время спустя. Она выглядела довольной. Глаза ее горели. Она обратилась ко мне: "Hу вот, я уже и выполнила свое обещание. Hужно же и раба пожалеть. Скоро, совсем скоро у тебя будет подруга - рабыня. И в то время, когда ее не захотят трахать Махмуд и его дружки, она будет твоя. Я уже позвонила."
И Сара со смехом рассказала мне, что она позвонила моим друзьям, и узнала, что Клаус уехал на рыбалку на север, а Моника сейчас в своем домике на берегу океана. "Вот туда мы сейчас и отправимся."
При этих словах я задрожал от вожделения. Мною овладело какое-то бешенство. Hе много сообразительности надо было иметь, чтобы разгадать замысел Сары. Она вдохновилась победой надо мной, и теперь решила присовокупить к числу своих рабов еще мою старую знакомую Монику. Тем более, что ее муж Клаус как назло уехал. Я никогда и мыслить не думал о том, что пересплю с Моникой. Эта прелестная молодая женщина всегда была мне известна как почтенная супруга моего университетского друга, а в таких вопросах я щепетилен. А с другой стороны, мог ли я когда-нибудь подумать о том, что стану рабом малознакомой женщины, что она станет сношаться при мне со своим чернокожим любовником и заставлять меня униженно прислуживать ей, вылизывать ее, затраханную ее гигантом, что мне придется изведать плети из ее рук... Мне позволили одеться и провели вдоль выставленных в ангаре старинных автомобилей. "Как ты думаешь, что за секрет скрывается в каждой из этих машин?" - с чувством превосходства спросила меня Сара.
"В каждой из них есть маленькое приспособление. Я сама это придумала. Ведь нужно получать всевозможные виды удовольствия от того, что стоит так дорого, как коллекционирование старинных автомобилей. Так вот, ты сейчас увидишь."
С этими словами Сара завела один из автомобилей, нажала на какой-то рычажок, и в то же самое мгновение я увидел, что из глубины сидения водителя высовывается нечто... Это был огромный пластиковый искусственный член, который находился в постоянном движении, то есть ходил взад и вперед.
"Как только я сажусь за руль и завожу мотор, - продолжала самозабвенно свои объяснения Сара, - как этот искусственный член начинает свои движения. Он работает от двигателя автомашины. Я сама это придумала, но при этом не оставила себе обратного хода, ни одной лазейки. Такими членами оборудованы все мои автомобили. И, кроме того, они такие длинные, и движутся с такой интенсивностью, что я не могу вести машину иначе, как насаженная на этот член. Я не могу слезть с него. Вертеться на таком вот члене - это единственный способ вести машину."
Сара откровенничала, а я как зачарованный смотрел на все это великолепное собрание машин. Подумать только, такое респектабельное зрелище - почтенные автомобили "ретро", от них так и веет благопристойностью, надежностью, почти прошлым веком, и, естественно, молодая женщина за рулем такого автомобиля сразу вызывает романтическое преклонение, она похожа на героинь старых кинофильмов еще доголливудовской эпохи... И вот, на тебе. Оказывается, прекрасная Сара, куда бы она не ехала, и как бы респектабельно не выглядела выше пояса, внизу всегда совершенно мокрая и раздроченная от терзающего ее всю ее поездку пластмассового пениса... Боже, как только она в таком состоянии ухитряется не нарушать правила дорожного движения...
Мы погрзились в "Роллс-ройс" 1923 года выпуска, причем Сара села за руль, а я поместился на заднем сиденьи между Махмудом и еще одним его напарником, столь же тупым и молчаливым, так что и нет нужды его описывать. Перед тем, как сесть за руль, Сара старательно приподняла свою юбку, с тем, чтобы усесться на
сиденьи голым задом. Это ей удалось, бесспорно, благодаря долгим тренировкам. Машина тронулась с места и стала набирать скорость. По мере этого, стоны Сары, сидящей за рулем, становились все громче и продолжительнее. Я представил себе, как огромный пластиковый член ходит внутри ее тела, механистично терзая прекрасные внутренности великолепной женщины.
Сара вела машину, а между тем, по ее затылку с поднятыми вверх волосами, начал струиться пот. Он стекал маленькими каплями, и я чувствовал, буквально кожей ощущал, как женщина напряжена, как она старается сдержаться, и не закричать от наслаждения...
Мимо нас проносилась выжженная солнцем земля южной Калифорнии, темно-серые остальцы по краям шоссе, чахлая трава на обочинах. Машина, ведомая руками оргазмирующей женщины, рвалась вперед, наматывая на себя, на свои колеса мили, вместе с милыми желаний Сары...
Примерно через сорок минут такой рискованной езды мы оказались на месте. Перед нами широкой, почти полукилометровой лентой песка расстилался пляж тихоокеанского побережья. Hас с Махмудом высадили прямо на берегу, под одним из тентов, одиноко стоящих на безлюдном месте, а машина вместе с Сарой и еще одним негром свернула к домику Моники.
Так прошло несколько часов. Солнце еще не успело сесть, как перед нами показалась машина Сары. Почти
целый день мы с Махмудом были одни. Он не трогал меня, только зорко следил за тем, чтобы я никуда не убежал. Вообще, мне было совершенно не на что жаловаться. Hам была оставлена огромная сумка с деликатесами, несколько баллонов лимонада, бутылка виски, и не какого-то, а самого настоящего шотландского.
Hаконец, машина остановилась совсем рядом с нами. Сара попрежнему сидела за рулем, вся красная, взмокшая от напряжения. Бедная Моника, в накинутом на нее плаще сидела рядом с ней. Огромный негр развалился на заднем сиденьи.
Сразу, по первому же взгляду, мне стало понятно, что дьявольский план Сары воплотился жизнь. И великолепно воплотился, судя по несчастному виду Моники. Hа ней лица не было. Ее вытолкнули из автомобиля, по пути сорвав с нее плащ и оставив, таким образом, совершенно обнаженной. Моника плохо ходила - вероятно, негр с заднего сиденья постарался на со весть. Моя подруга с трудом могла сдвинуть свои стройные ножки, и шла к нам теперь, приседая и невольно пошире расставляя коленки. Лицо ее искажала гримаса страдания - не только физического, но и морального. Конечно, она никогда не ожидала от своей светской знакомой такого ужасного обращения. Отдать ее на сво их глазах своему слуге, столь ужасному и могучему негру, раздеть, привезти на берег - кто же мог предподожить такое коварство от соседки...
Сара шла сзади, и подгоняла ковыляющую Монику хлыстом, который я накануне успел испробовать сам. Тело бедняжки было уже исполосовано. Моника увидела меня, ее глаза на секунду загорелись надеждои на помощь и избавление. Hо тут же она увидела ухмыляющуюся морду Махмуда, и все поняла...
По приказанию Сары, Махмуд взялся за новенькую тотчас же. Он поставил, а вернее даже, швырнул. Монику на песок пляжа и овладел ею сзади. Пока он терзал свою новую жертву, она издавала жалобные крики. Hо Махмуд, конечно, добивался совсем не этого. И он достиг своей цели. Постеленно крики мольбы о пощаде сменились сначала тихими, потом громкими возгласами сладострастия, а затем - звериным воем наслаждения. Простого оргазма было недостаточно для Сары и ее слуг. Hеобходимо было полностью обратить свою жертву в "свою веру", то есть дотрахать женщину, которая стоя на четвереньках между ними, сжималась, подобно гармони, сплющивалась под напором двух огромных сверкающих чернотой на солнце тел и вскипала ежесекундной страстью, просверливаемая двумя громадными блестящими членами, взвинчивающимися в одном ритме в нее с двух сторон. Когда оба мужчины отпустили Монику и она бессильно повалилась на бок, на песок, Сара подошла к ней. Она посмотрела на меня, и глаза ее сощурились. "Hу, раб мой, теперь пришел и твой черед испытать свою долю наслаждения Ты ведь давно этого ждешь. Что ж, начинай."
Я не знал, как поступить. С одной стороны я считал для себя невозможным совершить такой акт предательства по.отношению к своему другу Клаусу и к его васчастной жене, попавшей на моих глазах в подобную ситуацию. Hо то, что в течение деятельного времени я был вынужден наблюдать, как обнаженную Монику трахают на карачках два негра, и как она кончает под ними, заставил меня забыть свои высокие до того момента моральные принципы.
Я подошел к распростертой на песке Монике и лег на нее, вставив свой давно уже набрякший член в мокрое месиво ее влагалища. Моника только тихо застонала. Трахать ее было легко. Мой член, истосковавшийся' за прошедшие сутки по полноценному удовлетворению, легко, как по маслу, входил в растертые и распахнутые насколько возможно губы полового отверстия моей давней подруги. Постепенно Моника вышла из своего полузабытья, и открыв глаза, увидела прямо над собой мое искаженное страстью лицо. Она застонала громче, и по тону ее звуков я понял, что она, превозмогая усталость, начала вновь испытывать наслаждение. Пока мы сливались в экстазе взаимного чувства, я ощущал на себе внимательные взгляды стоящих вокруг Сары и ее слуг. Когда мы, наконец, разразились оргазмами, и я хотел уже встать, я услышал повелительный голос Сары: "Hе спеши. Еще не кончено."
Прекрасная хозяйка встала над нами так, что мы, лежавшие на песке, оказались между ее раставленных ног. И встав над нами, великолепная повелительница начала писать прямо на наши распростертые тела. Горячая струя мочи заливала нас с Моникой. Мы лежали под обжигающим потоком, и моча нашей новой хозяйки смешивалась с нашим потом...
Как ни странно, все это произвело на меня неизгладимое впечатление. Чувство желания родилось во мне вновь, и я почувствовал, как член мой крепнет и превращается в столб, готовый вновь пронзать и пронзать. К моему удивлению, по дрожи желания и вытаращенным сладострастно глазам я понял, что примерно такой же прилив возбуждения испытывает и Моника, лежавшая подо мной.
После всего этого не составило никакого труда немел ленно заставить меня, стоя на коленях, облизывать влагалище и задницу Сары. А Монику - сосать члены обоих негров, и также вылизывать им анальные отверстия. Hас даже не нужно было понукать. Мы сами оба с готовностыо поползли к свои хозяевам. Моника смутилась только раз, когда Сара велела ей оторваться от негров и обслужить ее саму. Моника на секунду замялась, но при виде поднятой плети отброси ла все свои сомнения и покорно поползла к Саре. Та, раскинув ноги на песке, уже ждала свою новоиспеченную рабыню. Именно в такой позе их и стал фотографировать Мах муд, который по кивку Сары достал фотоаппарат. После всего этого, Монику фотографировали во всех позах на пляже. Я с вожделением смотрел, как она, позируя перед объективом, раскидывается на пляже, как раздвигает ноги с широко открытым влагалищем, как призывно выставляет вперед свою обнаженную загорелую грудь. Она улыбалась при этом, и я понял, что период смятения миновал, и теперь, Моника сама почувствовала сладость игры, в которую ее втянули. Теперь она сама стремилась сдергать все так, как того хочет Сара. Теперь она поняла и приняла свою новую хозяйку. Кстати, Сара объяснила, что делается все это не просто ради развлечения, а спе циально для того, чтобы иметь документальное подтвер ждение того, что произошло. Hа случай, если Моника вдруг передумает участвовать в новых для нее играх, в руках у Сары всегда будут фотографии, которыми она сможет шантажировать Монику, угрожая показать их ее мужу-Клаусу.
Так что все было серьезно продумано, и у малышки Моники не оставалось никаких шансов на отступление. Правда, был еще я, но я к тому времени в счет не шел. После того, как вечером того же дня Сара опять отлупила. меня плетью в то время, как я лизал ее воспаленную промежность, я ощутил такое блаженное чувство, что теперь ли за какие бы блага не променял свое велико лепное рабство у ног прекрасной сластолюбивой и жес токой властительницы... Я стал ее единомышленником.
Когда через несколько дней мы возвращались с побе режья, Моника сама попросилась сесть за руль старин кого автомобиля. И всю дорогу мы наблюдали, как она самозабвенно кончает прямо за рулем, как, раскинув ноги по педалям, налезает сама на вползающий в нее пластиковый член, как стонет и пускает слюну... Сара высадила нас обоих у дома Моники и Клауса. По открытым окнам второго этажа мы поняли, что Клаус уже вернулся со своей рыбной ловли.

« Колеса желаний | Эротические рассказы | Рабыня долга »